КУРЬЕР ДОНКОМА

Улица Борко расположена в Ворошиловском районе между улицами Капустина и Волкова. Начинаясь с небольшой площади Борко, она спускается к Северному водоему. Названа в память об Этель (Елене) Борко, студентке Донского университета, курьере подпольного Донского комитета.

Побег из «Мавритании»! Такого еще не бывало...

Конечно, здание гостиницы - не идеальное помещение для контрразведки, но подвалы есть, охрана надежная, длинные коридоры хорошо просматриваются. И все же...

Этель Борко и ее подругу Марию Малинскую (известную в подполье как Вера Смирнова) арестовали поздно вечером. Мария приехала к Этель прямо с парохода, которым добралась в Ростов из Старочеркасской. И в этом плавании, и по дороге из Новочеркасска на пристань ее сопровождали армейские офицеры. Это и помогло Марии вырваться из столицы Войска Донского, где был ужесточен контроль на железной дороге и на поезд ей попасть не удалось. Красивую барыньку (Мария была в соответствующей одежде) доставили на явку сами господа офицеры.

Подруги были довольны, что все прошло так удачно, но не успели они обменяться новостями, как явились стражники с обыском и ордером на арест. Этель пыталась успокоить мать:

- Мамочка, это недоразумение. Вот увидишь - разберутся и отпустят.

Не знала Этель, что ее адрес - Воронцовская, 74, - как явку в Ростове назвал «разработанный» контрразведкой один из участников новочеркасского подполья. Шли арестовывать одну Борко - и вдруг двое! Мария старательно играла роль пьяненькой девицы легкого поведения, вела себя дерзко, козыряла знакомствами с офицерами.

В «Мавританию» их доставили глубокой ночью. Так как допросить сразу не смогли, записали документы и заперли девушек в маленькой комнатушке возле канцелярии до утра.

Этель чувствовала себя невольной виновницей ареста Марии и предложила подруге план побега.

- Ты должна уйти! Мне это не удастся!..

И Мария согласилась попробоватъ.

Этель стала стучать в дверь. Подошедшему часовому сказала:

- Что надо?! Еще мне, девушке, объяснять! Отведи в туалет!

Часовой выпустил девушку, повел ее по коридору. Дверь комнаты в глубине здания он то ли забыл закрыть, то и не посчитал это нужным. Как только Этель с сопровождающим охранником отошла подальше, Мария выглянула в коридор и, понимая, что у нее один шанс из ста, поправила шляпку с вуалью, небрежно перебросила через руку сумочку и твердым шагом пошла к выходу. Ее уверенная походка, слова, сказанные часовому у порога «Скоро смена, дружок!» и ослепительная улыбка дали удивительный результат. Никто и не подумал, что идет арестованная. Решили, что эта красивая дама - жена или знакомая кого-то из офицеров. Хватились минут через двадцать. Но Малинской-Смирновой, конечно, и след простыл.

Борко объяснила:

- Мы очень мало знакомы. Познакомились в компании армейских офицеров. Знаю, зовут ее Вера. И все. Случайное знакомство.

Так Этель помогла бежать из контрразведки подруге - опытной связной Донского подпольного комитета. О подробностях побега рассказала друзьям сама Малинская.

А Варвара Григорьевна Литвиненко, тоже в юности бывшая ответственным курьером Донкома, вспоминала, как в день ареста подпольщика Чеснокова к ней прибежала Этель и передала задание комитета: немедленно изъять на квартире Чеснокова все, что свидетельствует о его принадлежности к большевикам. И они вдвоем успели до прихода контрразведчиков (Чеснокова арестовали в порту) изъять все вещественные доказательства, в том числе и чемоданчик с листовками.

Это всего два эпизода из повседневной деятельности курьера Донкома Этель Борко. Она была одной из героинь моей повести «Схватка», сокращенный вариант которой впервые был опубликован в «Вечернем Ростове».

Еще в Бердичевском коммерческом училище Этель вступила в кружок революционной молодежи. За участие в маевке ее исключили из училища. С трудом удалось добиться восстановления, чтобы закончить учебу.

Надеясь отвлечь дочь от «опасных дел», семья Борко перебралась в Ростов. Этель поступила в Донской университет - и сразу же установила связь с подпольем.

В недолгие два месяца существования Советской власти в Ростове она выполняла пропагандистские обязанности, выступала на первом съезде советов Дона.

И затем - снова подполье. Она - ответственный курьер Донкома - передает указания руководителей первичным организациям, занимается пропагандой среди рабочих, доставляет оружие и взрывчатку, принимает участие в диверсионной работе (Новочеркасский мост был взорван при ее личном участии).

Активная деятельность Этель Борко в подполье не осталась незамеченной. Контрразведка белых искала ее, но долгое время безуспешно - пока предатель не помог арестовать девушку...

Погибла Этель в тюрьме. В окно, открытое внутрь двора, выстрелил часовой с вышки - то ли отгоняя от окна настойчиво выглядывающую узницу, то ли имея на то специальный приказ. Хоронили Этель только близкие. Подпольщики боялись, что убийство их боевой подруги было осуществлено для того, чтобы выявить ее ближайших друзей, и на похороны не пришли...

Именем Этель Борко названа одна из улиц Северного жилого массива. На здании педагогического университета о ней напоминает мемориальная доска.

Б. АГУРЕНКО


Опубликовано 20.07.2010